Перейти к содержимому

Хищение доли в обществе

Защищаем свой бизнес от семейных рисков: 2 способа

Защита бизнеса в большинстве случаев сводится к борьбе с рейдерскими захватами, незаконными действиями государственных органов, недобросовестной конкуренцией, защитой имущества компании от хищений со стороны работников, защитой коммерческой тайны, интеллектуальной собственности и т.п.

Судебная практика показывает, что серьезные риски для компаний создают семейные и родственные отношения владельцев бизнеса. Существуют ли правовые механизмы, позволяющие защитить бизнес от "семейных рисков"? Попробуем разобраться.

Можно выделить следующие "семейные риски", способные навредить бизнесу: риск раздела имущества супругов и риск вхождения в компанию наследников умершего участника. В этой колонке рассмотрим первый риск.

Согласно ст. 34 Семейного кодекса общим имуществом супругов, в том числе, являются приобретенные за счет общих доходов доли в капитале коммерческих организаций и ценные бумаги независимо от того, на имя кого из супругов они приобретены или кем из супругов внесены денежные средства. Это означает, что если в период брака одним из супругов (единолично или совместно с другими участниками) учреждено ООО или АО либо в период брака один из супругов приобрел акции уже действующей компании, то доля в уставном капитале ООО и акции будут совместной собственностью обоих супругов.

Ст. 254 Гражданского кодекса устанавливает возможность раздела имущества, находящегося в совместной собственности, соответственно, и доли в уставном капитале ООО, и акции АО могут быть разделены между супругами.

Исходя из содержания ст. 38, ст. 41-42 Семейного кодекса РФ, раздел может быть произведен:

  • в период брака (соглашением о разделе общего имущества, брачным договором, решением суда);
  • после расторжения брака (соглашением о разделе общего имущества, решением суда).

То есть доля в уставном капитале ООО (или акции) могут быть поделены как по соглашению супругов, так и в случае их спора – судом. В любом случае, существует риск смены владельца компании или появления в составе ее участников (акционеров) нежелательных лиц.

Как следует из сложившейся судебной практики (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24 ноября 2015 г. № 18-КГ15-203), супруги вправе по своему усмотрению изменить режим общей совместной собственности имущества, нажитого в браке (или его части), как на основании брачного договора, так и на основании любого иного соглашения (договора), не противоречащего нормам действующего законодательства.

Если в случае заключения супругами соглашения о разделе общего имущества или брачного договора раздел долей в уставном капитале (акций) происходит по воле сторон (в этом случае недовольны разделом могут быть только иные участники (акционеры) компании), то раздел имущества судом происходит непредсказуемо и для самих супругов.

Производя раздел долей в уставном капитале компании суд может:

поделить долю между супругами в равных долях. Так, Октябрьский районный суд города Новосибирска своим определением от 12 октября 2010 г. по делу № 11-141/10 установил, что мировой суд обоснованно пришел к выводу об удовлетворении требований истца о разделе совместно нажитого имущества супругов в виде 1/2 доли в уставном капитале юридического лица и признал за истцом право собственности (в силу требований ст. 39 Семейного кодекса РФ) на 1/4 доли в уставном капитале общества";

оставить долю тому супругу, на имя которого она была зарегистрирована, присудив второму супругу денежную компенсацию. Решением Октябрьского районного суда города Белгорода от 17 января 2017 г. по делу № 2-18/2017 исковые требования истца о разделе совместно нажитого в браке имущества с отступлением от начала равенства долей супругов удовлетворены. Истцу была присуждена денежная компенсация стоимости 2/3 доли общего имущества, а 100%-ый уставной капитал общества перешел ответчику. Суд указал, что доля уставного капитала находится во владении ответчика, который, соответственно, имеет интерес к данному имуществу;

присудить долю супругу, который бизнесом не занимался. Так, в определении ВАС РФ от 18 июня 2012 г. № ВАС-6886/12 суд ссылается на решение мирового судьи судебного участка № 1 Ленинского района г. Ставрополя от 9 декабря 2010 г., которым произведен раздел совместно нажитого имущества между мужем А. и женой Н. За Н.было признано право собственности на долю в уставном капитале общества "Центр Права и Защиты" номинальной стоимостью 19 тыс. руб., что составляет 50% уставного капитала общества. Хотя ранее общество было учреждено ее супругом А. и третьим лицом С. с размером долей в уставном капитале каждого из них по 50%.

ФОРМА

Казалось бы логичным при разделе имущества супругов оставлять долю в уставном капитале компании (акции) тому супругу, который занимался ведением бизнеса, передавая второму супругу иное имущество или присуждая денежную компенсацию, однако, суды не всегда следуют этой логике.

Из всего вышесказанного следует однозначный вывод, что доли в уставном капитале и акции компании необходимо защищать от раздела между супругами. Это позволяет сделать брачный договор. Согласно ст. 42 Семейного кодекса РФ брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установить режим раздельной собственности на все имущество супругов или на его отдельные виды. Причем брачный договор может быть заключен в любое время до расторжения брака, в том числе и после регистрации компании.

Если брачным договором на долю в уставном капитале компании (на акции компании) будет установлен режим раздельной собственности того супруга, который создал или приобрел бизнес, то доля (акции) не будут делиться между супругами ни в период брака, ни в случае расторжения брака.

Возможна следующая формулировка брачного договора:

"Доли в капитале коммерческих организаций и (или) доходах коммерческих организаций, в том числе состоящие из вкладов (паев) в уставных капиталах любых российских или иностранных юридических лиц, приобретенные во время брака, являются во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение указанных долей.

Акции, векселя и другие ценные бумаги, приобретенные во время брака, а также дивиденды по ним, принадлежат во время брака и в случае его расторжения тому из супругов, на имя которого оформлено приобретение акций и других ценных бумаг."

Компанию необходимо защитить и от вхождения в состав ее участников супругов (бывших супругов), которые могут получить права на долю в уставном капитале как по соглашению супругов (брачный договор или соглашение о разделе общего имущества), так и по решению суда.

Рассмотрим, это на примере общества с ограниченной ответственностью, как наиболее распространенной в России организационно-правовой формы коммерческих организаций.

Защитить бизнес от вхождения в состав участников компании супругов (бывших супругов) позволяет включение в устав положений, устанавливающих запрет на появление новых участников без согласия других участников и самого общества.

П. 10 ст. 21 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон об ООО) определяет, что устав общества может предусмотреть необходимость получения согласия участников общества и (или) самого общества на переход доли и в уставном капитале общества к третьему лицу на основании сделки или по иному основанию (например, судебному решению).

Если устав компании содержит указанное положение, то передача доли в уставном капитале супругу (бывшему супругу) на основании брачного договора, соглашения о разделе общего имущества или судебного решения не приведет к появлению в обществе новых участников.

Так, в Апелляционном определении Оренбургского областного суда от 14 января 2015 года по делу № 33-193/2015(33-8164/2014) указано, что в результате раздела имущества супругов, произведенного апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда, был определен объем вещных прав супругов в отношении доли в уставном капитале ООО, зарегистрированного за М., в связи с чем у С. возникло имущественное право на долю в уставном капитале общества, тогда как вопрос о возможности вхождения С. в состав участников ООО судом не разрешался.

В уставе ООО, утвержденного протоколом общего собрания участников ООО,было предусмотрено, что без единогласного одобрения участниками общества переход доли или части доли в уставном капитале общества к третьему лицу не допускается.Из решения внеочередного общего собрания участников ООО следовало, что 100% участников общества проголосовало против перехода части доли М. к С.

Разрешая заявленный спор, суд первой инстанции правомерно указал на то, что С. не выразил намерение о приобретении статуса участника ООО в установленном законом порядке, в связи с чем пришел к выводу о признании у С. отсутствия права на вступление в состав участников ООО, прекращении имущественного права С. на долю в уставном капитале ООО.

Более того, наличие "защитных" положений в уставе компании позволяет ей в силу п. 18 ст. 21 Закона об ООО в случае перехода доли в уставном капитале общества по иным основаниям к третьим лицам с нарушением порядка получения согласия участников общества или общества потребовать в судебном порядке передачи доли или части доли обществу.

В другом деле, Федеральный арбитражный суд Центрального округа в Постановлении от 27 декабря 2011 г. по делу № А68-339/2011 отметил, что поскольку Н. выбыл из состава участников ООО, заключив со своей супругой А. нотариально удостоверенный брачный договор, по которому к А. перешла доля в размере 50% уставного капитала без согласия остальных участников общества, суды первой и апелляционной инстанций правомерно обязали передать обществу указанную долю в уставном капитале ООО в размере 50% уставного капитала.

Одновременное использование двух способов защиты бизнеса: и заключение брачного договора, и включение "защитных" формулировок в устав компании будут способствовать защите вашего бизнеса.

Верховный суд разобрался в тонкостях оценки доли бывшего участника ООО

Участник нескольких ООО решил выйти из учредителей и продать им свои доли. Но общества уменьшили стоимость долей, поскольку в их активах числились неконтрольные и малоликвидные акции АО (понижающие коэффициенты были предусмотрены законом об акционерных обществах). Участник обратился в суд за полной стоимостью долей, поставив вопрос ребром: можно ли было при оценке стоимости доли применять положения закона об АО, если речь шла о доле в ООО? Первая и вторая инстанции решили в пользу истца, кассация встала на сторону ответчика. На заседаниях в Верховном суде юрист ответчика заявила, что оценка долей без понижающего коэффициента приведет к неосновательному обогащению истца, а ее оппонент объяснил, почему считает эти слова лукавством.

Цена доли как камень преткновения

Константин Р. имел доли от 12,5% до 29,4% в уставных капиталах ООО «Орион» и еще пяти обществ с ограниченной ответственностью, вошедших в ООО «Седна». В числе их имущества значились неконтрольные и малоликвидные пакеты акций ОАО «Кондопога» и ЗАО «Регистрационный Депозитарный Центр». В 2010 году Р. вышел из числа участников, и стоимость пакетов акций посчитали с понижающим коэффициентом, что сказалось на общей выкупной цене его долей.

Но бывший участник решил, что коэффициенты применять не следовало, и обратился в суд за полной стоимостью долей (дела № А26-10817/2012, А26-10818/2012, А26-10819/2012). В ходе рассмотрения дел Арбитражный суд Карелии назначил экспертизы, чтобы установить действительную цену долей Р. на момент его выхода из обществ с учетом стоимости акций. Эксперты тоже сочли нужным применить понижающий коэффициент при оценке доли истца.

Читайте так же:  Нотариус в видном на советском проезде

В итоге суд решил, что эксперты не могли его применять, поскольку это не предусмотрено законом об обществах с ограниченной ответственностью. Первая инстанция отдельно отметила, что это обстоятельство не лишает заключение экспертов доказательственного значения, поэтому действительную стоимость доли можно рассчитать простым арифметическим способом (такая позиция изложена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 14 октября 2008 года по делу № А40-72274/06-131-501). В итоге первая инстанция удовлетворила требования истца, и в апелляции эти решения устояли.

Чем обосновано применение понижающих коэффицентов

Представители обществ обратились в кассацию. В своих жалобах они настаивали на том, что суды не приходили к выводу о невозможности применения понижающих коэффициентов, а присужденные Раевскому суммы значительно превышают настоящую рыночную стоимость долей.

К этим доводам прислушался АС СЗО. По его мнению, эксперты четко обосновали необходимость учета коэффициентов, чтобы адекватно оценить стоимость таких активов ООО, как акции, да и судебная практика не исключает возможности такого расчета. В пользу этого говорят и "Методические рекомендации по оценке имущественных активов, недвижимого и движимого имущества, акций, долей в уставном капитале для целей залога" (утверждены 25 ноября 2011 года Комитетом по оценочной деятельности Ассоциации российских банков). "Применение коэффициентов при определении рыночной стоимости пакетов акций является обычной практикой и соответствует сложившимся условиям делового оборота", – резюмировала кассация. Она приняла новые решения и в заявленных требованиях истцу отказала.

Тогда Р. обратился в Верховный Суд, потребовав отменить акты АС СЗО и оставить без изменений решения первой инстанции и апелляции.

Почему ответчик "лукавит"

В заседаниях ВС по трем жалобам представитель Р. Игорь Данилов, обратил внимание на то, что методические рекомендации, на которые ссылается суд округа, не являются источником права. "Они носят рекомендательный характер, приняты и используются субъектами банковской деятельности, к которым стороны данного дела не относятся, и служат для оценки имущества в целях залога", – пояснил юрист.

По его словам, в суде округа он приводил довод о том, что можно применить по аналогии ст. 75 закона об акционерных обществах. Она предусматривает выкуп акций обществом по требованию акционеров по цене не ниже рыночной [без применения понижающих коэффициентов].

Эту норму в данном случае применять нельзя, возражала представитель ответчика Алена Иванова. Она настаивала, что порядок выкупа долей исчерпывающе прописан в законе об ООО.

– Если оценивать акции без учета контрольности и ликвидности, то будет неосновательное обогащение на стороне заявителя, – заявила Иванова.

– Ответчик лукавит, так как оценка долям давалась на конкретную дату – выхода его из состава участников обществ, – парировал юрист истца.

В ходе заседаний в ВС выяснилось еще и то, что Общества сейчас проходят процедуру банкротства, а истец, по словам Данилова, даже не входит в число реестровых кредиторов, потому вряд ли что-то сможет получить.

ВС в составе судей Ольги Киселевой, Натальи Чучуновой и председательствующей Елены Золотовой постановили отменить решение АС СЗО и оставить без изменения решения первой инстанции и апелляции.

Давно хочу обсудить вопросы, связанные с рейдерством, типичными рейдерскими схемами и проблемами, которые возникают у собственников при восстановлении контроля над захваченными предприятиями.

Самой распространенной рейдерской схемой является хищение долей в уставном капитале ООО и акций акционерных обществ с использованием поддельных документов.

Обычно это происходит следующим образом: сначала подделываются договоры купли-продажи долей в уставном капитале ООО, а впоследствии и протокол общего собрания участников общества о назначении директора. Далее новоиспеченный директор отчуждает активы компании.

Как правило, схема усугубляется тем, что новые псевдоучастники (акционеры) общества, перепродают долю в уставном капитале компании еще несколько раз, причем конечным приобретателем может выступать оффшорная компания. Это делается для того, чтобы при рассмотрении споров о праве на долю в уставном капитале общества, а также о признании недействительными решений общих собраний, судебные процессы длились бесконечно долго из-за наличия иностранного элемента (оффшорной компании), которую необходимо уведомлять через Министерство юстиции РФ. Достойным завершением такой схемы является слияние общества-жертвы с другим ООО и перерегистрация уже новой компании в какой-нибудь далекий регион РФ, где она попросту ликвидируется.

В подобных схемах распространенное явление – это наличие поддельных нотариальных документов, почтовых уведомлений, доверенностей, печатей и т.д. Причем промежуточным собственникам захваченного ООО может стать случайный человек. Один бездомный гражданин в Москве несколько недель владел блестящим офисным центром стоимостью в миллионы долларов, при этом ничего не подозревал о своей собственности. Это кстати достаточно распространенная ситуация.

Восстановление прав участников ООО и корпоративного контроля в обществе, захваченного таким образом, занимает достаточно длительное время. Если очень внимательно подходить к делу и грамотно строить судебную защиту, то можно восстановить корпоративный контроль за год – полтора. К разновидности этой схемы можно отнести более примитивные схемы по хищению недвижимого имущества с использованием поддельных документов, например, договоров купли-продажи, аренды, дарения. К этой же схеме относится популярная практика использования поддельных судебных актов.

Например, по поддельному решению арбитражного суда одной из далеких республик завод Москве в более, чем 10 корпусов общей площадью несколько десятков тысяч метров, сменил двух собственников в течении двух дней. Причем когда истец в судебном порядке добился ареста имущества, принадлежащего последнему собственнику, появилось поддельное определение Арбитражного суда г. Москвы о снятии этого ареста.
Причем практике известны случаи использования при рейдерских захватах поддельных решений судов высших инстанций и ненормативных актов органов государственной власти.

Что касается акционерных обществ, то здесь рейдерские схемы с использованием поддельных документов, прежде всего, связаны с фальсификацией передаточных распоряжений и реестров акционеров. В одном из дел, которым мы занимались, у нашего клиента была захвачена компания и объекты недвижимости с использованием нескольких поддельных реестров акционеров, причем сами реестры передавались разным регистраторам, у которых была отозвана лицензия.

В последнее время наметилась тенденция к тому, что рейдеры обратили взоры и на совсем мелкие активы. В частности, по одному из дел мы возвращали собственнику компанию, которая была похищена ради двух товарных знаков, используемых для пошива одежды (бренд далеко не мирового масштаба). В другом деле у одного из клиентов была похищена компания только ради нескольких миллионов рублей на расчетном счете.

Как правило, рейдерские захваты являются следствием корпоративного конфликта внутри компании и совершаются самими участниками или акционерами общества, и лишь в редких случаях захваты происходят извне.

Одной из проблем при восстановлении контроля над компанией, в отношении которой был совершен рейдерский захват, является легальное получение всех необходимых документов из регистрирующих органов. Документы нужны, чтобы быстро и квалифицированно в судебном порядке добиваться восстановления контроля над компанией и ее активами.

Легально получить документы из регистрирующих органов могут только правоохранительные органы, но они иногда просто отказываются возбуждать уголовные дела по ряду причин:

- причина первая: нет желания и понимания, что и как расследовать;
- причина вторая: они считают, что это спор гражданско-правового характера, хотя в большинстве случаев рейдерский захват подпадает под ст. 159 УК РФ (мошенничество);
- причина третья: регистрирующие органы в срок (необходимый для проведения проверки) не предоставляют документы, процессуальный срок истекает, заявитель получает постановление об отказе в возбуждении дела.

Сложности у правоохранительных органов вызывает и сам процесс расследования уголовного дела. Как правило, большую часть работы по розыску доказательств приходится проводить самим потерпевшим и их адвокатам и уже в систематизированном виде предоставлять в правоохранительные органы. Это проблема связана с большой загрузкой правоохранительных органов, нежеланием работать, а иногда, к сожалению, прямой заинтересованностью в волоките.

Но и после возбуждения уголовного дела потерпевшие сталкиваются со многими сложностями. Чтобы предотвратить многократную продажу похищенного имущества, потерпевшим необходимо добиться его ареста правоохранительными органами (арест производит суд по ходатайству следователя). Чтобы убедить правоохранительные органы наложить арест на имущество, захваченное рейдерами, может потребоваться несколько месяцев, причем само имущество к тому моменту сменит уже нескольких владельцев.

Кроме того, при проведении проверки и возбуждении уголовного дела у правоохранительных органов возникают трудности в квалификации рейдерских захватов. В УК РФ существует ряд статей, по которым можно квалифицировать действия рейдеров при неправомерном захвате имущества:

- ст. 159 УК РФ (мошенничество);
- ст. 160 УК РФ (присвоение, растрата);
- ст. 201 УК РФ (злоупотребление полномочиями);
- ст. 327 (подделка документов);
- ст. 303 УК РФ (фальсификация доказательств);
- ст. 330 УК РФ (самоуправство).

Поправки в УК РФ о рейдерстве

В настоящее время Президентом РФ внесен проект поправок в УК РФ, который детально описывает типичные действия, совершаемые при рейдерских захватах и призван упростить задачу правоохранительным органам при квалификации таких преступлений. В частности, в проекте выделены следующие преступления:

- внесение в реестр владельцев ценных бумаг заведомо недостоверных сведений;

- фальсификация единого государственного реестра юридических лиц или реестра владельцев ценных бумаг, а также фальсификация решения общего собрания акционеров (участников) хозяйственного общества или решения совета директоров;

- представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, или в организацию, осуществляющую учёт прав на ценные бумаги, документов, содержащих заведомо ложные данные, в целях внесения в единый государственный реестр юридических лиц, реестр владельцев ценных бумаг недостоверных сведений об учредителях (участниках) юридического лица;

- умышленное искажение результатов голосования при принятии решения на общем собрании акционеров, общем собрании участников общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, либо на заседании совета директоров (наблюдательного совета) хозяйственного общества;

- несообщение сведений о проведении собрания акционеров или заседания совета директоров (наблюдательного совета) либо сообщения недостоверных сведений о проведении общего собрания акционеров (участников) или заседания совета директоров (наблюдательного совета);

- голосование от имени акционера (участника) хозяйственного общества по заведомо подложной доверенности, совершённое в целях принятия незаконного решения о внесении изменений в устав хозяйственного общества, об одобрении крупной сделки, об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, об изменении состава органов управления хозяйственного общества.

Что делать собственникам компаний

Напоследок хотелось бы дать несколько рекомендаций владельцам бизнеса. Полностью оградить себя от возможности рейдерского захвата очень сложно, но, по крайней мере, можно определить его на начальной стадии и упростить потом защиту своих прав и законных интересов.

Необходимо внимательно относиться к любым письмам, в особенности пустым конвертам, которые направляются в адрес компании, это может быть сигналом начала судебного разбирательства, попыткой созвать внеочередное собрание участников или акционеров, свидетельствовать об отчуждении доли в уставном капитале ООО (акций ЗАО) с нарушением преимущественного права покупки и т.д. Зачастую рейдеры даже в почтовых отделениях используют поддельные доверенности для снятия корреспонденции от лица компании-жертвы, что позволяет держать ее в неведении относительно происходящих судебных процессов или процессов, связанных с корпоративными мероприятиями.

Рекомендуется тщательно оберегать учредительные документы компании, а также документы, подтверждающие право собственности на активы, так как именно с хищения из офиса таких документов очень часто начинаются рейдерские захваты.

Также следует обращать особое внимание на любые запросы от органов государственной власти о предоставлении документов о деятельности компании, так как впоследствии такие документы могут стать достоянием третьих лиц и использоваться при рейдерском захвате имущества компании.

Необходимо быть внимательным в отношении поведения отдельных «недовольных» акционеров и участников компании, которые являются, как правило, основными инициаторами рейдерских захватов. Следует установить нормальные доверительные отношения с кредитными организациями, в которых открыты счета компании, чтобы исключить возможность списания денежных средств со счетов по поддельным документам. Я бы также рекомендовал быть внимательным при взаимоотношениях с контрагентами компании, в том числе, с арендаторами, поставщиками, заказчиками и т.д., так как они также могут являться инициаторами рейдерских захватов.

Основным активам компании следует обеспечить разумною юридическую безопасность от возможных неправомерных посягательств со стороны третьих лиц, в том числе следить за чистотой сделок, совершаемых с имуществом компании. Разумно было бы также обеспечить и физическую безопасность основных активов компании.

Читайте так же:  Гражданство для евреев в испании

Ну, а если уже в отношении компании произошел рейдерский захват, не стоит заниматься самолечением, следует, по крайней мере, воспользоваться услугами консультантов, так как в большинстве случаев самостоятельно юридическая служба компании защитить ее интересы в такой ситуации эффективно не может, или же такая защита занимает существенно больше времени, чем это необходимо.

Конференция ЮрКлуба

хищение долей в УК ООО

edward71 23 Сен 2008

Гр-н сфальсифицировав д-р К-П долей в УК ООО, приобрел 70% долей(номинал доли 7000,00 руб.). Затем, подав заявление о выходе из состава участников ООО, в качестве выплаты действительной доли, получил имущество в натуре - торговый киоск. Итог - обвинение по ч.4 ст.159 УК РФ, так как следствие посчитало, что ущерб должен определяться исходя из рыночной стоимости имущества (около 1,5 млн. руб., согласно экспертизе), а не балансовой (с учетом аммортизации, остаточная - 35000,00 руб.).

Мое мнение - предмет посягательства - доли в УК, а киоск - это уже последствие и к квалификации не относится. Однако доблестное следствие не желает слушать подобное и твердит, что умысел на хищение киоска прослеживается.

Как СК переубедить, может у кого было подобное в практике?

scorpion 23 Сен 2008

Мое мнение - предмет посягательства - доли в УК

А долей злодей хотел владеть исключительно бескорыстно, а заявление о выходе из ООО с выплатой действительной стоимости доля его насильно написать заставили?

Legal Eagle 23 Сен 2008

Мое мнение - предмет посягательства - доли в УК, а киоск - это уже последствие и к квалификации не относится.

вы бы это мнение лучше официально не высказывали, а то следствие действительно посчитает хищение доли и киоска разными эпизодами. Им так для статистики лучше.

РАФ 24 Сен 2008

Выплата доли при выходе из состава ООО долгая канитель.
Ст. 26 закона об ООО
2. В случае выхода участника общества из общества его доля переходит к обществу с момента подачи заявления о выходе из общества. При этом общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого было подано заявление о выходе из общества, либо с согласия участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости, а в случае неполной оплаты его вклада в уставный капитал общества действительную стоимость части его доли, пропорциональной оплаченной части вклада.
3. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли или выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение шести месяцев с момента окончания финансового года, в течение которого подано заявление о выходе из общества, если меньший срок не предусмотрен уставом общества.
Действительная стоимость доли участника общества выплачивается за счет разницы между стоимостью чистых активов общества и размером уставного капитала общества. В случае, если такой разницы недостаточно для выплаты участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительной стоимости его доли, общество обязано уменьшить свой уставный капитал на недостающую сумму.

Поэтому заранее претендвать на киоск сложно. Можно обламаться. Другое дело если следствие докажет, что жулик "с целью завладения киоском. ", но и тут ИМХО не правильно брать стоимость коиска при оценке ущерба.
Кроме того, ущерб определяется на момент завладения доли - с момента уведомления общества о приобретении доли. То есть надо брать рыночную цену ДОЛИ на предыдущий сделке отчетный период.

MAtriX 24 Сен 2008

РАФ 24 Сен 2008

Прим к 158
1. Под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Жулик завладел долей, принадлежащей участнику. Он и есть потерпевший. Общество не пострадало, так как выход из его состава есть акт реализации прав участника (действительного или мнимого). Хищение совершено хотя и тайно, но с использованием подложных документов, что практикой квалифицируется как мошенство. Хотя с точки зрения чистого права не все сходится, так как строго формально обман не был способом завладения имуществом. Но это в данном контексте не важно.
Короче - украли не киоск, а долю.

Legal Eagle 24 Сен 2008

РАФ 24 Сен 2008

MAtriX 25 Сен 2008

Legal Eagle 25 Сен 2008

А может злодей не завладел долей, а лишь ввел в заблуждение общество по этому поводу и получил от общество имущество?

Думаю, что следствие так и квалифицирует.

РАФ 25 Сен 2008

А может злодей не завладел долей, а лишь ввел в заблуждение общество по этому поводу и получил от общество имущество?

Слабо себе представляю, как это можно сделать без сговора между жуликом и гендиром? Опять же у соб-ка 30% преимущественное право. Как жулик это обошел?
Сообщение отредактировал РАФ: 25 Сентябрь 2008 - 20:12

MAtriX 25 Сен 2008

А может злодей не завладел долей, а лишь ввел в заблуждение общество по этому поводу и получил от общество имущество?

Слабо себе представляю, как это можно сделать без сговора между жуликом и гендиром? Опять же у соб-ка 30% преимущественное право. Как жулик это обошел?

То есть Вы считаете, что злодей все-таки ввел в заблуждение участника и совершил мошенничество в отношении него?

Просим топик-стартера разъяснить фабулу.

Legal Eagle 26 Сен 2008

лабо себе представляю, как это можно сделать без сговора между жуликом и гендиром?

Либо был сговор, либо жулик назначил ЕИО себя, провел по ЕГРП, а настоящий ЕИО и участник узнали обо всем, когда у них забрал киоск добросовестный приобретатель.

Опять же у соб-ка 30% преимущественное право.

на 90 % уверен, что это и есть жулик.

vicktor 28 Мар 2010

vicktor 30 Мар 2010

scorpion 30 Мар 2010

Но как?! confused.gif

Баланс за 1-й квартал 2009 г.

ЗлобневыйКарлик 31 Мар 2010

Но как исчислить ущерб для квалификации?

scorpion

Баланс за 1-й квартал 2009 г

Баланец по состоянию на 01.01.2010 берём, оцениваем активы по рыночной, из суммы выкидываем ту часть, что приходится на внешние обязательства в пассивах. Таким образом вычисляем действительную стоимость активов, свободных от внешних обязательств общества (действительную стоимость чистых активов). Полученное число делим пропорционально доляне участника, который собрался на выход. Полученное подлежит выплате в течение полугода со дня окончания 2009 финансового года.

З.Ы. Собственно, сегодня как раз крайний срок утверждения и представляения этого баланса в налоговую.

vicktor 31 Мар 2010

vicktor

Но как?! confused.gif

Баланс за 1-й квартал 2009 г.

Какие доки нужны для ВУД, чтобы определиться с частью 159? Только баланс? Вообще, есть у кого примеры реальных уголовных дел по хищению долей?

п.с. Сомнения меня гложут. Ведь имущество принадлежит самому обществу, а не участникам. Ведь имущественная сторона "доли" проявляется лишь при выплате ее стоимости участнику по правилам ФЗ об ооо. А определение ее размера происходит по времени позднее, чем определяется воля участника, например, на выход из общества. Хищение же будет окончено раньше. Пан Скорпион, какова реальная практика по таким делам на следствии (в суде)?

ЗлобневыйКарлик 31 Мар 2010

Ведь имущественная сторона "доли" проявляется лишь при выплате ее стоимости участнику по правилам ФЗ об ооо.

А в чём проблема? Злодей получил право требования. Распоряжаться им он может сразу после получения, а вот оценить действительную стоимость этого права возможно лишь по методике, написанной выше. На месте БЭПа я бы произвел оценку чистых активов и на момент хищения, и на момент возникновения обязанности общества уплатить по закону. Наименьшая из них отправилась бы в обвинзак.

vicktor 31 Мар 2010

Злодей получил право требования.

Никакого "права требования" злодей, как раз, и не получил.

И что еще смущает. т.н. "доля" объект уникальный, по сути, малооборотоспособный. Как ее оценишь? О каком "рынке долей" можно говорить? Почему мы должны отождествлять "стоимость доли" на момент хищения со стоимостью доли чистых активов общества на этот же момент? Это же разные вещи.

ЗлобневыйКарлик 31 Мар 2010

Почему мы должны отождествлять "стоимость доли" на момент хищения со стоимостью доли чистых активов общества на этот же момент?

Может быть потому что активы - средства производства, а пассивы - источники их возникновения?

vicktor 31 Мар 2010

vicktor

Почему мы должны отождествлять "стоимость доли" на момент хищения со стоимостью доли чистых активов общества на этот же момент?

Может быть потому что активы - средства производства, а пассивы - источники их возникновения?

Я выразился некорректно. Имел ввиду: Напр.,сегодня по подложным докам участник лишился доли, но на дату хищения у него еще никакого имущественного права получить деньги (имущество) от общества еще не было. Все имущество принадлежит самому обществу, его никто не похищал. Какая разница, сколько такое имущество стоит? Оно ж для дольщика чужое. Я по памяти не помню, но кажись у дольщика в при любом раскладе нет права потребовать при выходе из общества выплаты стоимости доли немедленно? Ну а когда настанет день Х для расплаты может так случиться, что и выплачивать то будет нечего. Предпринимательский риск, т.с. Получается, нет оснований считать, что стоимость доли на дату хищения равна стоимости доли чистых активов общества на ту же дату (как правило).

ЗлобневыйКарлик 31 Мар 2010

Все имущество принадлежит самому обществу, его никто не похищал.

А кому принадлежит само общество, сколько оно как имущественный комплекс стоит?

vicktor 31 Мар 2010

кому принадлежит само общество,

Никому. Это самостоятельный субъект права.

само общество, сколько оно как имущественный комплекс стоит

Имущественный комплекс принадлежит обществу. Не можем мы перепрыгнуть через фиктивную личность ну никак.

ЗлобневыйКарлик 31 Мар 2010

но на дату хищения у него еще никакого имущественного права получить деньги (имущество) от общества еще не было

с момента получения права на долю он имел право принимать управленческие решения (т.е. получил реальную возможность распорядиться вообще всеми активами общества по своему усмотрению). И эти решения были бы обязательны к исполнению.

Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 5 ноября 2015 г. N Ф08-7602/15 по делу N А32-45010/2014 (ключевые темы: доли в уставном капитале общества - действительная стоимость доли - сделки - чистые активы - номинальная стоимость)

Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 5 ноября 2015 г. N Ф08-7602/15 по делу N А32-45010/2014

05 ноября 2015 г.

Дело N А32-45010/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2015 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 ноября 2015 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе

председательствующего Афониной Е.И.,

судей Мантула Г.А. и Рассказова О.Л.,

при участии в судебном заседании от истца - Шефера Александра Павловича - Беджаше Л.К. (доверенность от 13.11.2014) и Кучеровой О.И. (доверенность от 24.09.2015), ответчика - Стыровой Елены Николаевны и ее представителя Бородиной Н.В. (доверенность от 13.05.2015), от третьего лица - общества с ограниченной ответственностью "Кубанский селекционно-семеноводческий центр" (ИНН 2329018598, ОГРН 1042316357192) - Кучеровой О.И. (доверенность от 21.04.2014),

рассмотрев кассационную жалобу Шефера Александра Павловича на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.04.2015 (судья Непранов Г.Г.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2015 (судьи Попов А.А., Авдонина О.Г., Галов В.В.) по делу N А32-45010/2014,

Шефер А.П. обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к Стыровой Е.Н. о признании недействительным договора от 03.08.2007 N 2 купли-продажи доли, равной 48% уставного капитала ООО "Кубанский селекционно-семеноводческий центр" (далее - общество), заключенного Шефером А.П. (продавец) и Стыровой Е.Н. (покупатель), и применении последствий недействительности сделки путем приведения сторон в первоначальное положение.

Читайте так же:  Как заключить договор цессии с физическим лицом

Исковые требования мотивированы тем, что оспариваемая сделка совершена истцом под влиянием обмана со стороны бывшего директора общества Стырова В.Д. (супруга Стыровой Е.Н.). Обман со стороны Стырова В.Д. заключался в том, что он уговорил истца произвести отчуждение доли, равной 48% уставного капитала общества, по ее номинальной цене - 4800 рублей, в то время как ее рыночная стоимость составляла 14 915 594 рубля. Стырова Е.Н. 10.12.2012 вышла из состава участников общества, 17.12.2013 предъявила иск о выплате действительной стоимости доли уставного капитала. После вынесения решения суда по делу N А32-42011/2013 истец осознал, что на момент совершения оспариваемой сделки он был введен в заблуждение Стыровым В.Д. относительно цены сделки, состава активов общества и действительной стоимости отчужденной доли уставного капитала. Стыров В.Д. действовал в своем интересе, так как спорная доля уставного капитала общества была отчуждена Стыровой Е.Н. и поступила в совместную собственность последней и Стырова В.Д.

Определением от 10.12.2014 суд привлек общество к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Решением суда от 29.04.2015, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 18.08.2015, в иске отказано. Суды пришли к выводу об отсутствии оснований считать, что оспариваемая сделка была заключена на крайне не выгодных для истца условиях под влиянием обмана. Кроме того, суд первой инстанции указал на пропуск срока исковой давности.

В кассационной жалобе заявитель просит принятые по делу судебные акты отменить и удовлетворить исковые требования. По мнению истца, суды неправомерно отклонили его довод о совершении оспариваемой сделки под влиянием обмана, факт совершения сделки под влиянием обмана доказан вступившим в законную силу приговором Гулькевичского районного суда Краснодарского края от 29.04.2015 по делу N 1-3/15, копия которого была приобщена к материалам дела в суде апелляционной инстанции. Действия Стырова В.Д. суд квалифицировал по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации - мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. В силу части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом. Стыров В.Д. представлял в суде интересы своей супруги при рассмотрении спора о взыскании действительной стоимости ее доли в уставном капитале общества и до определения ее стоимости специалистами сам определил ее размер, практически совпадающий с мнением специалистов. Уставный капитал общества на момент заключения спорной сделки (доли, равной 48% уставного капитала общества) составлял 10 тыс. рублей, а сумма сделки - 4800 рублей, то есть стоимость доли была определена в процентном соотношении от размера уставного капитала. Действительная стоимость доли не была определена. Выводы судов о недоказанности факта обмана при заключении спорной сделки сделаны без оценки фактических обстоятельств, связанных с нахождением доли, равной 48% уставного капитала общества, приобретенной в результате спорной сделки, в общей совместной собственности супругов Стыровых. Суды не дали правовую оценку действиям сторон с позиции статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс).

В отзыве на жалобу Стырова Е.Н. просит оставить без изменения обжалуемые судебные акты, считая их законными и обоснованными.

В судебном заседании представители Шефера А.П. и общества поддержали доводы кассационной жалобы, Стырова Е.Н. и ее представитель возражали против удовлетворения жалобы.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Из материалов дела видно и суды установили, что общество было создано в качестве юридического лица 23.12.2004. Единственным учредителем общества, владельцем доли уставного капитала в размере 100% (номинальной стоимостью 10 тыс. рублей) и генеральным директором общества являлся Шефер А.П.

Приказом генерального директора от 01.08.2005 N 10 на должность директора общества назначен Стыров В.Д.

Шефер А.П. (продавец) и Стырова Е.Н. (покупатель) заключили договор купли-продажи от 03.07.2007 N 2 (далее - договор), по условиям которого истец продал ответчику долю, равную 48% уставного капитала общества. Стоимость отчуждаемой по договору доли составляет 4800 рублей (пункт 1.2 договора).

В этот же день по договору N 1 Шефер А.П. за 5100 рублей продал Короткиной Н.В. долю, равную 51% уставного капитала общества.

В связи с состоявшимися сделками в учредительные документы общества и в сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ, внесены изменения, которые касаются состава участников общества и размера принадлежавших им долей уставного капитала и согласно которым Шеферу А.П. принадлежала доля в размере 1%, Короткиной Н.В. - 51%, Стыровой Е.Н. - 48%.

На основании приказа от 28.02.2012 N 6 на должность генерального директора общества был назначен Стыров В.Д.

Как указывает истец, 10.12.2012 после избрания нового генерального директора общества на общем собрании участников общества ему стало известно, что Стырова Е.Н. подала заявление о выходе из состава участников общества. Позже истец узнал о том, что Стырова Е.Н. обратилась в арбитражный суд к обществу с иском о взыскании 31 195 446 рублей 72 копеек действительной стоимости принадлежавшей ей доли уставного капитала общества.

Вступившим в законную силу решением суда от 27.11.2014 по делу N А32-42011/2013 в пользу Стыровой Е.Н. взыскано 19 579 680 рублей действительной стоимости доли уставного капитала общества.

Ссылаясь на то, что при заключении оспариваемой сделки истец был введен в заблуждение Стыровым В.Д. относительно действительной стоимости отчуждаемой доли, истец обратился в арбитражный суд с иском.

В обоснование своих требований истец сослался на статью 179 Кодекса, в силу пункта 1 которой (в редакции, действовавшей на момент заключения договора) сделка, совершенная под влиянием обмана могла быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25) разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего ( пункт 2 статьи 179 Кодекса).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота ( пункт 2 статьи 179 Кодекса).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки ( пункт 2 статьи 179 Кодекса).

Суды правомерно критически оценили доводы истца о совершении сделки под влиянием обмана, указав на отсутствие в материалах дела доказательств получения Шефером А.П. на момент заключения оспариваемой сделки от Стырова В.Д. информации о необходимости срочного отчуждения долей уставного капитала общества третьим лицам, а также об условиях такого отчуждения, о намеренном умолчании об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что Шефер А.П. намеревался реализовывать принадлежавшие ему доли уставного капитала по их рыночной (действительной) стоимости, в связи с чем давал Стырову В.Д. поручения подготовить сведения о составе и размере чистых активов предприятия. Будучи на момент заключения сделки генеральным директором общества и его единственным участником, Шефер А.П. был обязан знать о составе имущества предприятия, его активах и пассивах; доказательства того, что у него имелись какие-либо препятствия для получения необходимой информации, отсутствуют. Доказательства того, что Стыров В.Д. предпринимал действия, направленные на искусственное искажение информации в сторону занижения величины и состава активов предприятия, а также предоставлял Шеферу А.П. подобную недостоверную информацию, также отсутствуют.

С заявлением о принятии общества в ассоциированные члены ССПК "Агросоюз Кубани" (далее - кооператив) обращался сам Шефер А.П. При этом, как верно указал апелляционный суд, принимая решение о внесении имущества общества в складочный капитал кооператива, Шефер А.П. не мог не осознавать возмездность и равноценность данной сделки, поскольку общество получало право на соответствующий пай. Доказательства того, что Стыров В.Д. предпринимал противоправные действия, направленные на понуждение Шефера А.П. к принятию решения о вступлении общества в состав членов кооператива, отсутствуют.

Заключение Стыровым В.Д. договора на оценку имущества общества в 2006 году не находится в причинно-следственной связи с фактом заключения истцом оспариваемой сделки, а также с фактом заключения договора на существующих условиях.

Кроме того, как правильно указали суды, проведение оценки (определение рыночной стоимости имущества) не было направлено и не повлекло переоценку имущества общества либо уменьшение его активов.

Согласно Федеральному закону от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ) цена реализации доли уставного капитала участником хозяйственного общества третьему лицу не ставится в зависимость от чистых активов предприятия (по цене действительной стоимости доли). Цена реализация доли уставного капитала подлежала согласованию исключительно сторонами сделки, она могла как соответствовать действительной стоимости доли, так и превышать ее, быть ниже либо соответствовать номиналу. В обязанности нотариуса при удостоверении договора купли-продажи доли уставного капитала входит установление факта принадлежности данной доли ее отчуждателю, но не проверка соответствия договорной цены сделки действительной стоимости доли уставного капитала общества ( пункт 13 статьи 21 Закона N 14-ФЗ).

Суды также правильно указали на то, что Шефер А.П. являлся единственным учредителем общества, учредительные документы общества были подписаны им единолично. Из содержания данных документов и норм действующего законодательства Шефер А.П. должен был знать о правовых последствиях заключаемого им договора, в том числе осознавать, что владелец доли уставного капитала в любое время мог стать претендентом на часть чистых активов предприятия пропорционально размеру принадлежащей ему доли в случае выхода из состава участников общества. Стырова Е.Н. вышла из состава участников общества спустя значительный промежуток времени (пять лет после заключения оспариваемого договора доли).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 99 постановления N 25, наличие приговора, вынесенного в отношении Стырова В.Д. и не вступившего в законную силу на дату принятия резолютивной части постановления по настоящему делу, не освобождало Шефера А.П. от обязанности представлять доказательства совершения оспариваемой сделки под влиянием обмана. Однако такие доказательства не представлены. Ссылка заявителя жалобы на обстоятельства, установленные приговором суда по уголовному делу, не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку приговор вступил в силу после объявления резолютивной части постановления апелляционного суда.

Суд первой инстанции правильно применил срок исковой давности, поскольку истец (в силу всех установленных судами обстоятельств) не мог не знать о предполагаемом им нарушении прав в день подписания договора от 03.08.2007.

Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку установленных судами обстоятельств. Пределы полномочий суда кассационной инстанции регламентируются положениями статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми кассационный суд не обладает процессуальными полномочиями по оценке (переоценке) установленных по делу обстоятельств.

Основания для отмены или изменения решения и постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274 , 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.04.2015 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2015 по делу N А32-45010/2014 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.