Перейти к содержимому

Сговор судьи и адвоката

Адвокаты, участвующие в деле Pussy Riot, обменялись обвинениями в сговоре с судьей

Третий день процесса Pussy Riot ознаменовался очередными ходатайствами об отводе судьи, временным союзом адвокатов-оппонентов, а также тем, что в качестве свидетелей со стороны обвинения были вызваны те, кто не присутствовал лично в Храме Христа Спасителя в тот день, когда три подсудимые девушки устроили там свой антипутинский панк-молебен.

Заседание, назначенное на 13.00, открылось ближе к трем часам неожиданным ходатайством со стороны представителей потерпевших. Адвокат Алексей Таратухин заявил отвод судье Марине Сыровой — уже третий (в первые дни процесса дважды это делала защита). Таратухин сослался на ст.6 УПК (защита прав и законных интересов потерпевших) и ст.15 УПК (состязательность сторон), заявив, что "суд позволяет стороне защиты комментировать ответы потерпевших, судья утратила объективность", что в зале суда происходит "попрание закона и норм судейской этики". При этом Таратухин заявил, что у адвоката Pussy Riot Виолетты Волковой после окончания заседания во вторник был конфиденциальный разговор с судьей в ее кабинете. С этим ходатайством не согласился только прокурор Александр Никифоров. По его мнению, все происходящее было в рамках закона.

— Защита поддерживает ходатайство, нам понравился этот спектакль, — заявила Волкова. — Дело в том, что у нас есть собственное заявление об отводе. 31-го, направляясь к помощнику Сыровой, я стала свидетелем конфиденциального разговора двух адвокатов противоположной стороны с судьей в ее судебном зале. Мог происходить сговор, — заявила адвокат и потребовала истребовать записи видеорегистратора, чтобы уличить противоположную сторону "во лжи".

— Когда две стороны обращаются к отводу, не лучше бы вам из этого процесса выйти и дать нам возможность провести все необходимые действия, в которых вы нам отказали? — поддержал коллегу адвокат Марк Фейгин, а прокурор заявил, что не видит оснований для истребования видеозаписей.

Судья почти на час удалилась в совещательную комнату, после чего отклонила оба ходатайства о своем отводе. Сразу после этого с "неотлагаемым ходатайством" выступила Надежда Толоконникова. "Ходатайство касается состояния нашего здоровья, мы находимся в полуобморочном состоянии. Мы сегодня не спали вообще, чтобы написать показания. Мы не спим сутками", — воскликнула подсудимая. На что судья сделала ей замечание с занесением в протокол.

— Алехиной делали уколы, вы издеваетесь над нашими подзащитными, — заявил адвокат Николай Полозов.

— У нее пониженный сахар, она что, должна умереть? — спросила Волкова.

— Мы вызовем ей скорую, если понадобится, — отреагировала судья. Скорая понадобилась в пять вечера, в этот день ее вызывали дважды.

После этого суд приступил к допросу свидетелей, и тут уместно вспомнить, что перед началом заседания пресс-секретарь Хамовнического суда Дарья Лях обратилась к журналистам с просьбой не излагать фактические данные из показаний свидетелей о событиях 21 февраля 2012 года, когда Pussy Riot устроили свой панк-молебен "Богородица, Путина прогони" в Храме Христа Спасителя, сославшись на ст.264 УПК (допрос свидетелей). Формулировка — "просьба" у Лях была корректной, тогда как ее коллега из Замоскворецкого суда, где идет процесс Руслана Мирзаева, того же самого "требовала решением суда", причем еще и угрожала непослушным лишением возможности выполнять свои профессиональные обязанности в процессе. Таким образом, два московских суда как по команде изменили свою позицию в отношении общедоступности информации о показаниях свидетелей — то они организовывали прямую интернет-трансляцию процесса, то считают неприемлемым выборочное цитирование.

Впрочем, в случае первого свидетеля — Олега Угрика — цитирование и не понадобилось, так как он вообще не был 21 февраля в Храме Христа Спасителя и давал показания исходя из того, что увидел в клипе Pussy Riot. Адвокаты подсудимых, как и присутствующие в суде журналисты, так и не поняли, свидетелем чего он все-таки стал. Вопрос адвоката Полозова об оценке художественной стороны ролика и сравнении с событиями в ХХС суд снял, обосновав это тем, что свидетеля "не было в храме". Близкий по смыслу вопрос адвоката Фейгина судья также отклонила с формулировкой "задавайте вопросы по существу".

— Я и пытаюсь понять существо, — парировал Фейгин. — То есть вас сподвиг придти и написать свидетельские показания только просмотр ролика?

— Снят вопрос! Он уже ответил, — отреагировала судья.

В ходе допроса этого любопытного свидетеля, просмотревшего ролик Pussy Riot в интернете, также выяснилось, что следователь Ранченков, который вел это дело, предлагал ему принять участие в программе "Специальный корреспондент" на государственном телеканале "Россия", посвященной панк-молебну. Угрик также заявил, что своей акцией группа Pussy Riot, которую он считает духовно-политическим движением, "объявила войну богу и Русской православной церкви", которую они ненавидят. По его мнению, подсудимые в ХХС молились сатане и "сами себя опустили в ад". Девушки, сидящие на скамье подсудимых, не смогли скрыть иронии по поводу этих слов.

— Вам очень весело, подсудимые? — спросила судья.

— Мы не знаем как вообще реагировать, — ответила одна из них.

Второй свидетель обвинения, допрошенный в среду, казначей Богоявленского собора Итери Ионашвили также не присутствовала 21 февраля в ХХС, а находилась "у телевизора", где увидела кадры, "которые ее поразили". Из ее показаний выяснилось несколько любопытных подробностей. Если в первые дни процесса потерпевшие из числа алтарников ХXС и сборщиков милостыни категорически опровергали возможность появления женщины на солее и у амвона, где Pussy Riot устроили свой антипутинский панк-молебен (за исключением случая венчающейся невесты), то Ионашвили рассказала, что это все же допустимо, например для причащающихся или уборщиц. Она также подтвердила, что церковные каноны не предусматривают никакой ответственности за неправильное крестное знамение (другие свидетели говорили о том, что их оскорбил стиль этого молитвенного жеста, который использовали подсудимые).

С хроникой процесса Pussy Riot можно ознакомиться здесь.

Генри Резник: Судьи берут реже. Но по-крупному

Силовикам выгодно иметь коррумпированных судей. Они легче «входят в положение»

За изящным выражением президента Медведева о «правовом нигилизме», охватившем Россию, стоит простой вопрос, давно уже сформулированный населением: когда в России судьи перестанут брать взятки и ловить сигналы от властей? Увы, продвижения в.

За изящным выражением президента Медведева о «правовом нигилизме», охватившем Россию, стоит простой вопрос, давно уже сформулированный населением: когда в России судьи перестанут брать взятки и ловить сигналы от властей? Увы, продвижения в этой области пока не слишком заметны. О качестве судебного корпуса и практике его формирования «Новая» беседует с президентом Адвокатской палаты Москвы Генри Резником.

Генри Маркович, вас устраивает практика назначения судей в России?

— У нас она близка к американскому варианту. Судей назначает своим указом глава государства. Но есть существенная разница. В США человек, желающий стать судьей, прокурором, адвокатом, должен сдать сложнейший тест на доступ к практике. У нас же, прежде чем документы лягут на стол к президенту, любой кандидат должен пройти сито экзаменационной комиссии и квалификационной коллегии судей.

Сама по себе такая процедура не вызывает возражений. Но есть большой минус — трехгодичный испытательный срок. То есть де-факто ты сдал экзамен, прошел по конкурсу и выполняешь обязанности судьи. Но формально ты станешь полноправным членом судейского сообщества только спустя три года. На практике же получается, что испытательный срок — проверка не на профпригодность, а на управляемость каждого конкретного судьи.

Сегодня же практика следующая: без письменной рекомендации председателя суда нет шансов не то что пройти по конкурсу, но даже подать заявку на сдачу экзаменов. Такая практика существует, к примеру, в Волгоградской области, в Тульской же допуск ты получаешь только после личной беседы с председателем… Как с этим быть, ведь по закону о статусе судей председатель суда — лишь первый среди равных?

— Это прямое нарушение закона. Подать на сдачу экзаменов может каждый, а вот в квалификационной коллегии мнение председателя будет весомым. Хотя в статье 5 Закона «О статусе судей» ничего не говорится о рекомендации председателя. Как председатель может давать характеристику человеку, с которым он не работал и которого не знает?

По закону ни председатель, ни его помощники не имеют право входить в квалификационную коллегию судей, орган, который решает все дисциплинарные и кадровые вопросы в судейском сообществе каждого региона. Но сегодня установилась практика, когда и председатели, и их заместители входят в экзаменационную комиссию, то есть уже на этом уровне они лично осуществляют отбор.

— Такое положение дел — насмешка над всей системой правосудия. Именно поэтому я и говорю о необходимости введения у нас теста, аналогичного американскому. Тест этот автоматизированный, то есть начисто лишенный человеческого фактора и личных симпатий-антипатий.

Но есть у нашей практики назначения судей еще один минус. Если на стадии отбора кандидатов его судьбу можно проследить, то после прохождения конкурса документы перемещаются в кремлевские коридоры, и там любая транспарентность исчезает. В администрации президента существует департамент по кадровым вопросам, его начальник (сейчас это Владимир Осипов. — И. Г.) готовит для президента документы по каждому отдельному претенденту. По каким критериям идет отбор — не знает никто. Достаточно вспомнить дело Боева*, по которому, кстати, так и не было возбуждено уголовное дело, хотя все свидетельства имелись.

Читайте так же:  Минимальный страховой стаж по старости

Я считаю, что для таких случаев нужен отдельный орган: Совет по совершенствованию правосудия. Хотя сегодня такой совет при президенте существует, но его решения носят сугубо рекомендательный характер. А надо, чтобы туда входили и представители правоохранительных органов, и научного сообщества, и правозащитных организаций, чтобы именно этот совет имел возможность рассматривать кандидатуры на судейские должности.

Я недавно общалась с судьями из Тульской области. Они рассказывают, что после прихода нового председателя областного суда появились сомнительные новшества. Например, судьи обязаны выходить на итоговое заседание любого разбирательства с уже готовым приговором, который был предварительно согласован с начальством. Как это устранить?

— Выход один — не боятся идти против произвола. Эта ситуация повторяет дело судьи из Волгограда Елены Гусевой («Новая» писала о нем в № 95 от 22.12.2008 и № 35 от 6.04.2009.И. Г.), которую лишили полномочий за нежелание предварительно обсуждать приговоры. Кассационная коллегия Верховного суда все-таки восстановила ее. В подобных случаях самое печальное то, что судьи ощущают себя чиновниками в мантиях, а не представителями независимой судебной власти.

Любопытно, что судью Гусеву восстановил в должности судья Александр Федин, который ровно десять лет назад так же восстановил полномочия московского судьи Сергея Пашина, защитником которого вы выступали. Что изменилось за эти десять лет в судебной системе?

— Я считаю, что ситуация с независимостью судей стала много хуже. Дела политически мотивированные были и тогда, например, дела Александра Никитина (эколог, обвиненный в шпионаже) и Леры Новодворской (обвиненной в разжигании межнациональной розни). Это же тогда рейтинг Ельцина стремился к нулю, а Зюганова зашкаливал. И ФСБ таким образом решила преподнести подарок будущему президенту-коммунисту. Однако обоих полностью оправдали. Сейчас, несмотря на слова о развитии гражданского общества, государство стремится контролировать все — и в том числе судебную систему. Тогда не было властной вертикали. Не было такого количества заказных политических дел, не принимались законы под определенные дела, а Уголовный кодекс не использовался как инструмент управления страной.

Вы имеете в виду закон об ограничении судов присяжных, принятый в конце прошлого года?

— Именно. Эти поправки неконституционны. Суд присяжных — кость в горле у силовиков, потому что именно там до сих пор реально действует презумпция невиновности.

Говорили о том, что в мононациональных республиках Кавказа сложно формировать коллегии присяжных, приводя в пример нальчикское дело, где 58 подсудимых обвиняются в нападениях на здания правоохранительных органов. Пусть так, но 30-ю статью УК — перенос дела в другой регион — еще никто не отменял. Такое дело должно было рассматриваться с участием суда присяжных. Ведь в нем есть заинтересованность силовиков, отсюда и повышенная вероятность применения недозволенных методов следствия. Если приговор, вынесенный в итоге профессиональными судьями, местные жители сочтут несправедливым — это будет иметь колоссальные последствия для республики. Второй момент — под предлогом борьбы с терроризмом протащили еще ряд поправок: массовые беспорядки, шпионаж, государственная измена, при чем здесь это? Значит, боятся массовых выступлений в кризис и просто расписываются в своем бессилии.

Насколько сегодня актуально выражение Ольги Кудешкиной** о том, что «Мосгорсуд превратился в место сведения политических, коммерческих и иных счетов»?

— Через Мосгорсуд проходили политически мотивированные дела, по которым выносились неоднозначные приговоры. Но это выражение перманентно актуально для всей России, любой наш суд становится «басманным», когда в него направляется дело, в котором заинтересованы власти. Ситуация не изменилась. Мне недавно один федеральный судья заявил: «Мне не нужно звонить, я сама знаю, по каким делам какие решения я должна выносить, для того чтобы удержаться в своем кресле». Это отвратительно. А по поводу Кудешкиной любопытно другое. Ведь она фактически обвинила председателя Мосгорсуда Ольгу Егорову и зама генпрокурора Юрий Бирюкова в сговоре. Она заявила, что располагает доказательствами того, что на суд оказывается давление со стороны прокуратуры. Кто-нибудь провел проверку по этим фактам? Никто. Зато на Кудешкину спустили всех собак, обвинив в умалении репутации судейского сообщества.

Можно ли сказать, что есть особые судебные зоны, например Москва, Санкт-Петербург, Краснодарский край, Сочи в первую очередь, — зоны, где существуют свои неписаные правила судопроизводства. О сочинском судейском сообществе вообще ходят легенды, например, что помощник судьи — самый могущественный человек, так как именно он имеет прямой «доступ к телу».

— При советской власти во всех республиках Кавказа и Средней Азии без исключения юстиция была тотально коррумпированна. В самой России же уровень коррупции был меньше, была такая закономерность: чем дальше на север, тем честнее судьи, чем богаче и южнее регион, тем он «продажнее». Эта закономерность остается и сегодня.

Когда говоришь об этом, судьи сразу же становятся в оскорбленную позу, мол, давайте факты. Ведь статистика показывает обратное. Но вся штука в том, что судьи часто получают взятки за вынесение законных и обоснованных решений. То есть человек должен платить за то, чтобы было все по закону. Только ленивый не говорит, что у нас низкое качество предварительного следствия. Некачественно расследованные дела, с недоказанной виновностью идут в суд, и прокуратура заинтересована в вынесении обвинительного приговора. Кто у нас выносит обвинительные приговоры? За редким исключением — профессиональные судьи. Поэтому силовые ведомства не заинтересованы в повышении качества судейского корпуса. Выгодно иметь компрометированного судью. Они закрывают глаза на взятки, зато когда есть «нужное дело, уж будь любезен, войди и ты в наше положение».

Генри Маркович, а так ли уж чисты адвокаты? И они бывают заинтересованы в том, чтобы «судья брал». Считается, что почти в 90% случаев взятки передаются именно через адвокатов, разве не так?

— Далеко не всегда, это не общая закономерность. Каждый случай отдельный. Нередко бывает, что судье дали взятку, а адвокат даже не в курсе. Передать можно и через следователей, и через прокуроров, да и через помощников судьи. Вариантов масса.

Может быть, взяточничество проистекает из «бедноты» судебного корпуса. Я заметила любопытную деталь. На последнем VII Всероссийском съезде судей в Москве много говорилось о чести, достоинстве и гуманизации судебной системы. Однако в постановлении, принятом по итогам этого съезда, где по традиции судьи дают некий «наказ» президенту, материальная сторона занимала чуть ли не треть документа. Вплоть до «оказания содействия в выделении здравниц на Черноморском побережье Кавказа, в Пятигорске, Минеральных Водах» и т.д. Неужели и сейчас все проблемы от низких зарплат?

— Конечно, судья не должен быть нуждающимся, он должен как минимум иметь квартиру. Но за последнее время судьям увеличили содержание. В провинции федеральный судья получает по 60—70 тысяч, это очень хороший уровень. И это положительно сказалось на уровне коррупции, брать стали меньше. Мелкие взятки ушли. Реже, но по-крупному. И на сегодня пик коррупции мы прошли, а вот уровень управляемости, наоборот, увеличился. На это большое влияние еще оказывает и сам состав судей. У нас получается, что судейское сообщество само себя воспроизводит. В судьи идут бывшие секретари судебных заседаний, помощники судей, а какую школу они проходят? Они воспроизводят установки, которые приобрели в этом же суде. Затем идет перетекание из правоохранительных органов в судейские: бывшие прокуроры, следователи, таможенники, налоговики — люди, привыкшие надзирать и наказывать. Когда же в судьи идет юрист с человеческим лицом, который привык защищать людей и отстаивать их интересы, — это совершенно другая психология. А у нас, по статистике, меньше одного процента федеральных судей пришли из адвокатуры.

* Валерий Боев — предшественник Владимира Осипова на посту начальника управления по кадровым вопросам администрации президента РФ. Он стал широко известен в прошлом году, когда зампред главы Высшего арбитражного суда Елена Валявина обвинила его в использовании служебного положения и давлении на суд. Ее слова тогда готовы были подтвердить еще три судьи.

** Ольга Кудешкина — бывшая судья Московского городского суда. Она обвинила его председателя — Ольгу Егорову — «в давлении на судей», а также в том, что «Егорова лично пытается контролировать все значимые дела». В 2004 году Кудешкина была лишена судейских полномочий за оскорбление судебной власти.

Сговор адвоката с судьей

Как можно заявить отвод судье? Я ему не доверяю. Он в сговоре с адвокатом другой стороны. Какой должен быть текст?

1 ответ на вопрос от юристов 9111.ru

Статья 16. Основания для отвода судьи

[Гражданский процессуальный кодекс РФ] [Глава 2] [Статья 16]

1. Мировой судья, а также судья не может рассматривать дело и подлежит отводу, если он:

1) при предыдущем рассмотрении данного дела участвовал в нем в качестве прокурора, секретаря судебного заседания, представителя, свидетеля, эксперта, специалиста, переводчика;

2) является родственником или свойственником кого-либо из лиц, участвующих в деле, либо их представителей;

3) лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе дела либо имеются иные обстоятельства, вызывающие сомнение в его объективности и беспристрастности.

2. В состав суда, рассматривающего дело, не могут входить лица, состоящие в родстве между собой.

3. Наличие информации о внепроцессуальном обращении, поступившем судье по гражданскому делу, находящемуся в его производстве, само по себе не может рассматриваться в качестве основания для отвода судьи.

Опасные связи прокурора

На днях Верховный суд принял решение, которое затронуло больную проблему - родственные связи в суде. И подтвердил жесткий запрет на приговоры, вынесенные "своими" людьми.

В одном из центральных регионов осудили группу преступников. Но справедливый на первый взгляд приговор был отменен Верховным судом. Причем обвинительный вердикт, как говорят юристы, "не устоял" вовсе не потому, что подсудимые невиновны. Причина отмены - родственные связи. Нет, не преступников. А судьи с прокурором.

Читайте так же:  Договор аренды помещения казахстан образец

Дело в том, что по закону судья не может участвовать в рассмотрении дела, если он является родным человеком для прокурора, задействованного в том же процессе. Об этом говорит статья 61 Уголовно-процессуального кодекса. Верховный суд, перечеркивая большую работу коллег по рассмотрению трудного уголовного дела, жестко напомнил судьям об обязательности этой запретительной статьи.

В этом "родственном" слушании, решение по которому было отменено, заместитель прокурора области составлял по делу процессуальные документы и утверждал обвинительное заключение. А его супруга принимала участие в рассмотрении дела как член президиума областного суда.

Ситуация, когда люди, которые вершат правосудие, находятся в родстве - не такая уж редкость. Серьезные юристы считают семейственность на процессе удобным ходом для коррупции.

Не так давно по этому поводу даже разразился, если так можно выразиться, общероссийский скандал. Всего за два месяца несколько человек покинули адвокатскую палату Приморского края. У каждого из них были родственники-судьи. Злые

языки говорили, что уход адвокатов из профессии - это следствие кампании по борьбе с коррупцией в судебной системе. Каждый юрист может привести пример, когда приговор банально покупали, а сумму заносили через близкого судье адвоката.

Контроль за сотрудничеством родни в судах налажен во многих странах мира. Там ситуацию отслеживают так называемые офицеры по этике. Они следят за тем, чтобы суд потом нельзя было упрекнуть в коррупции или предвзятости. Судья обязан доложить офицеру в подобных случаях: у меня есть конфликт интересов - личного и служебного. И офицер по этике принимает решение, отдать дело другому судье или нет.

О том, насколько в действительности болезненна эта проблема, косвенно говорит и такой факт - по данным статистики, сегодня из общего числа привлеченных к ответственности коррумпированных лиц сотрудники суда и правоохранительных ведомств составляют больше четверти. Цифра немалая, если учесть, что в России функционируют примерно 2700 судов, в которых работает около 20 000 судей.

Связку "коррумпированные судья и адвокат" специалисты называют самой крепкой и живучей. Сегодня это, пожалуй, один из наиболее опасных проявлений коррупции в сфере уголовного судопроизводства. Родство здесь играет весьма немаловажную роль.

Любой судья постоянно беспокоится о том, чтобы его приговоры, постановления и определения не были отменены или изменены вышестоящей инстанцией. Ведь каждая отмена и изменение - серьезный брак в работе судей. Чем больше "сломанных" приговоров, тем выше вероятность привлечения судьи к дисциплинарной ответственности. А вот если под рукой работает свой адвокат, то он по-любовному договаривается с судьей и не использует большой арсенал формальных оснований для отмены приговора. Понятно, что в итоге и появляется приговор по сговору и не за красивые глаза.

Председатель Высшего арбитражного суда Антон Иванов не раз заявлял о необходимости сделать судопроизводство прозрачным, честным, свободным от коррупции. Он предлагал не только обязать судей декларировать свои доходы, но и исключить практику, когда в процессе встречается родня. Предположим, мама-судья и сын-адвокат. А такие встречи бывают. "Российская газета" тоже писала о процессе, где молодой адвокат уверенно выиграл дело в споре двух очень небедных "хозяйствующих структур". Оппоненты рты раскрыли - их преимущества казались бесспорными. Потом выяснилось, что решение выносила строгая дама, которая на процессе - судья, а дома - теща удачливого зятя-адвоката.

Не секрет, что до недавнего времени даже были ситуации, когда в здании суда сотрудники, потеснившись, освобождали место под кабинеты некой адвокатской конторы. Заявителям прозрачно намекали - хочешь выиграть процесс, обратись в некий кабинет на соседнем этаже. При этом все понимали, что за таким соседством кроется. И кто из адвокатского кабинета кому из судей кем приходится. Особо недовольные сотрудники долго в таком суде не задерживались. Оставались лишь согласные.

В Федеральной целевой программе развития судебной системы сказано, что в целях устранения личной заинтересованности судьи в исходе дела "следует установить запрет на участие адвоката - супруга судьи, близких родственников или свойственников судьи в пределах юрисдикции суда".

Сейчас кабинеты близких родственников из наших зданий судов исчезли. Но болезнь приобрела скрытые формы. Решение Верховного суда четко указало судьям: родственные связи не пройдут.

Статья 61. Обстоятельства, исключающие участие в производстве по уголовному делу

1. Судья, прокурор, следователь, дознаватель не может участвовать в производстве по уголовному делу, если он

является близким родственником или родственником любого из участников производства по данному уголовному делу.

Чем адвокаты раздражают судей

Мы продолжаем разговор о проблемах судейского и адвокатского сообществ, об их взаимоотношениях и разногласиях. Собеседник L.R – адвокат Наталья Макаренко, председатель экспертного совета Адвокатской палаты Московской области.

– Наталья Николаевна, вам довелось потрудиться и на судейском, и на адвокатском поприще. В чем была причина смены амплуа? И в какую сторону вообще наиболее часто «перемещаются» юристы? Адвокатура, судя по всему, является наиболее привлекательной?

Довольно много уходит и судей-криминалистов, а также сотрудников правоохранительных органов – следователей и оперативников. И, конечно, основное направление, куда они могут уйти, – это адвокатура. Уголовная специализация достаточно узкая, поэтому профессиональное применение, в основном, в уголовном судопроизводстве.

Сговор судьи и адвоката

( Minghui . org ) Коммунистическая партия Китая (КПК) использует судебную систему, чтобы приговорить практикующих Фалуньгун к тюремному заключению за их веру. Это стало уже обычным делом, когда, казалось бы, независимые судья и прокуроры работают сообща и незаконно осуждают практикующих.

Судьи и прокуроры возвращаются в зал суда вместе

7 января 2015 года практикующих Фалуньгун Цзя Хайин, Мэн Хулунь и Ли Пин осудили в городском суде Холиньголэ. Судья откладывал слушание три раза в течение двух часов, потому что адвокаты Цзя возражали, когда судья и прокурор не следовали юридической процедуре.

Когда адвокаты Цзя указали на отсутствие доказательств, судья ненадолго отложил слушание, чтобы позволить прокурору в последнюю минуту подготовить аргумент, после чего судья и прокурор вместе вернулись в зал суда.

Когда слушание возобновилось, адвокаты Цзя высказали возражение и попросили, чтобы в интересах беспристрастности судью и прокурора отстранились от ведения дела. Судья отложил слушание во второй раз.

Отделение стороны обвинения от судей является важным принципом в китайском уголовном производстве, потому что их сотрудничество ставит обвиняемых в невыгодное положение. У судей есть свои комнаты и специальные входы, также как и у прокуроров - свои. Судьи и прокуроры не должны обсуждать дела вместе. Когда судья и прокурор вошли в зал суда вместе через один вход, это было нарушением правовой процедуры.

Судья предлагает прокурору поужинать вместе во время судебного разбирательства

Суд над практикующими Фалуньгун Чжан Цзюнь и Мин Шаолинь проходил в Промежуточнй судебной инстанции города Наньчун провинции Сычуань 14 января 2015 года. В конце утреннего заседания судья Пу Юнцзюнь пригласил прокурора на ужин. Прокурор улыбнулся судье, но ничего не ответил.

Перед началом второй половины слушания судья напомнил прокурору о приглашении на ужин. Адвокат обвиняемых утверждает, что приглашение судьи является неправильным поведением судьи в отношении стороны обвинения.

Судья принимает на себя роль прокурора

11 октября 2013 года в городском суде города Нунаня восемь практикующих из уезда Нунань провинции Цзилинь были приговорены к разным срокам заключения, самый большой - 12 лет. Показательный процесс длился всего час, и судья не уведомил практикующих об их основных процессуальных правах. Кроме того, судья не слушал никаких доказательств со стороны защиты. Когда практикующие взяли под сомнение обоснованность судебного заседания, судья прервал их.

В то время как прокурор зачитал перечень доказательств, судья Го Цинси был недоволен его медленным темпом, взял список и сам закончил чтение доказательств.

В Китае трудно отделить судей и прокуроров. Потому что обе эти стороны действуют сообща, согласно коммунистическому режиму, и у них одна цель, особенно это касается преследования практикующих Фалуньгун. В этом случае сотрудничество неизбежно. В некоторых местах прокуроры и судья для удобства даже пользуются одной комнатой. Они сотрудничают и устраивают показательные процессы, чтобы осуществлять политику КПК в преследовании и осуждении невиновных практикующих на тюремное заключение.

Отменная монета

В среду, 29 марта 2017 года, Ленинский райсуд Владимира вынес приговор по делу, которое тянулось более пяти лет: бывшая судья Анна Хохлова приговорена к девяти годам лишения свободы. В суде было доказано, что она за деньги снизила срок киллеру, убившему в Москве сотрудницу радиостанции, позволила скрыться мошеннице и пыталась смягчить приговор еще одному заключенному.

В начале августа 2011 года оперативникам УФСБ по Владимирской области стало известно, что заключенные ИК-3 обсуждают возможность «скостить сроки»: один из них, по фамилии Рыбин, отбывающий наказание за заказное убийство, проболтался, что можно договориться с судьей. И в доказательство сообщил, что сам воспользовался этой услугой — всего за полтора миллиона рублей (как потом установит следствие, значительно дешевле) исключил из своего срока 2,5 года.

Оперативники быстро среагировали на эту информацию и уже через несколько дней один из арестантов подошел к Рыбину и выразил желание сократить свои 19 лет, полученные за убийство. Тот сразу же достал телефон (а в местах лишения свободы иметь их нельзя) и набрал номер своего адвоката. Собеседники договорились, что «на воле» от имени арестанта будет вести переговоры его брат.

Встреча с братом проходила уже под контролем сотрудников ФСБ. Очень быстро установили личность адвоката — 31-летняя Екатерина Забалуева. За ней установили наблюдение, и вскоре зафиксировали, что она встречается со своей коллегой — адвокатом Ириной Мустафиной и обсуждает возможность снижения срока арестанту. Причем уже по разговору, услышанному чекистами, стало ясно: основную роль в этом вопросе сыграет некая Аня.

Читайте так же:  Заявление отказа от исковых требований

Материалы по теме

Анатомия отката

Оперативникам удалось определить окончательную сумму — 800 тысяч рублей. В августе на встрече адвокатов с всесильной сообщницей сыщикам стало известно, что это судья Октябрьского суда Анна Хохлова, к тому времени уже несколько дней как бывшая: 4 августа ее полномочия были прекращены «по собственному желанию». После встречи адвокат предложила представителю осужденного принести деньги для решения вопроса.

31 августа 2011 года в 18 часов 20 минут при получении 400 тысяч рублей в автомобиле Ford Focus, припаркованном возле дома номер 9 по улице Безыменского, адвокат Екатерина Забалуева была задержана.

Первые показания

— После того как Забалуеву доставили в Следственное управление, еще до начала допроса, она сразу заявила, что готова заключить досудебное соглашение и дать исчерпывающие показания как о своих действиях, так и о действиях адвоката Мустафиной и судьи Хохловой. И стала давать подробные показания, — рассказывает «Ленте.ру» Дмитрий Ефремов, следователь по этому делу, ныне руководитель отдела по расследованию особо важных дел СУ СКР по Владимирской области.

Адвокат рассказала, как за взятку судье сократила срок своему подзащитному на 2,5 года. Механизм оказался незамысловатым: в 2009 году в УК были внесены небольшие изменения, касавшиеся наказания за убийство. Они предусматривали смягчение наказания гражданам, добровольно раскаявшимся и давшим на предварительном следствии подробные показания. Но закон прямо указывал, что его действие не распространяется на лиц, осужденных за убийство при отягчающих обстоятельствах. Рыбин же получил срок за убийство по найму и рассчитывать на смягчение не мог. Более того — в апреле 2010 года он уже ходатайствовал о пересмотре приговора, но ему было отказано.

Неоднократно судимый Сергей Рыбин был осужден в 2006 году к 18 годам за убийство в 2004 году сотрудницы столичной радиостанции. Наниматель, проживавший в ее квартире в Стремянном переулке, чтобы не передавать деньги киллеру лично, просто сообщил, где в квартире спрятаны 6,5 тысячи долларов. В дальнейшем кассационная инстанция сократила ему срок до 13 лет.

Рыбин обращался с просьбой о повторном пересмотре срока. Забалуева, ставшая его защитником, рассказала о настойчивом клиенте подруге и коллеге Мустафиной. Та согласилась помочь за 600 тысяч рублей.

— Мы изъяли в колонии личное дело осужденного Рыбина и обнаружили в нем решение суда о снижении срока наказания на 2,5 года с подписью и печатью судьи Хохловой. Заведомо неправосудное решение. Появление такого документа можно было объяснить лишь одним — корыстными интересами, — уверен начальник отдела СКР Дмитрий Ефремов.

Однако убежденность — одно, а доказательства — совсем другое. Одних слов обвиняемой для уголовного дела мало. И следствие начало искать свидетелей и факты.

В первую очередь допросили мать Рыбина, которая подтвердила: да, в 2010 году она по просьбе сына взяла взаймы 600 тысяч рублей, чтобы ему сократили срок. И адвокаты как раз предупреждали: деньги пойдут судье. А потом отчитались: все выполнено.

Следователь приехал в колонию и сообщил Рыбину, что афера раскрыта, и решение о сокращении срока будет отменено. Узнав об этом, Рыбин дал развернутые показания.

У следствия появились основания задержать адвоката Мустафину и ходатайствовать о лишении иммунитета судьи Хохловой.

Из материалов уголовного дела: «Допрошенная в качестве обвиняемой Ирина Мустафина показала, что с судьей Хохловой А.Н. познакомилась в начале 2009 года на дне рождения у их общей знакомой. В декабре 2009 года они случайно встретились в кафе, а с января 2010 стали встречаться часто, вместе обедали, отмечали семейные праздники. В июле 2010 вместе с детьми ездили отдыхать в г. Анапу, в августе — в Сочи. Неоднократно приходили друг к другу в гости. Выходные проводили вместе, на дачах, посещали одного мастера в косметическом салоне. Однажды, в начале 2010 года, Хохлова А.Н., выбрав время, когда они остались наедине, предложила "поработать вместе". И уточнила, что если у адвоката будут вопросы, связанные с компетенцией судьи Хохловой, то она за денежное вознаграждение согласна их решить».

Цыганское золото

Решить вопрос потребовалось скоро. В марте 2010 года сотрудники полиции задержали за мошенничество с недвижимостью цыганку: она обманным путем завладела имуществом на сумму более 11 миллионов рублей. Суд арестовал подозреваемую на два месяца, а в мае встал вопрос о продлении срока ареста — и вот тут-то Забалуева вспомнила разговор с Хохловой. Она приехала на дачу к судье в поселок Вяткино и сказала, что «вопрос возник».

Судья сразу же согласилась заменить арест на залог, даже заранее назвав размер — полмиллиона рублей. Сама же разработала схему: она дежурит 13 мая, и необходимо сделать так, чтобы следователь принес ходатайство именно в этот день. При этом Хохлова категорически запретила Забалуевой принимать участие в процессе: «Все знают о нашей дружбе, пойдут слухи, а нам это не надо, нам еще работать вместе». И посоветовала: «Кроме залога берите миллион, мне 700 тысяч, а остальное разделите с тем адвокатом, который в процессе вместо тебя будет».

Вместо Мустафиной защитницей на процесс вышла Забалуева. Хохлова изменила меру пресечения, адвокаты немедленно внесли залог — и цыганку отпустили в зале суда. Затем она скрылась. До сих пор женщина находится в розыске, а дело о мошенничестве приостановлено.

(Замечу в скобках: часть взятки родственники цыганки передали золотыми украшениями, сказали, что на триста тысяч, но ювелиры оценили весь пакет максимум в 180. Так что за освобождение обвиняемой Мустафина вынуждена была заплатить «из своих»).

Неправосудное решение

Еще раз поработать вместе Хохловой и Мустафиной пришлось в сентябре 2010 года — как раз над сокращением срока Рыбину. Судья выдвинула два условия: Мустафина и Забалуева (засветившаяся в деле цыганки) не участвуют в процессе, и 600 тысяч наличными. Сократить киллеру срок на 2,5 года Хохлова решила под видом реализации закона о смягчении наказания раскаявшимся убийцам.

Из материалов уголовного дела: «Получив деньги и написанное адвокатом ходатайство, судья Хохлова, вопреки установленному порядку, поручила своей помощнице зарегистрировать их в канцелярии как якобы расписанные председателем суда для рассмотрения. Затем дала команду секретарю судебного заседания (у каждого судьи — свой личный помощник и закрепленный секретарь) подготовить по образу и подобию других аналогичных ходатайств полный набор материалов, и, фактически не проводя заседание, вынесла решение, не основанное на требовании закона — осужденный Рыбин не имел права на сокращение срока, так как закон прямо запрещал сокращение наказания лицам, осужденным за умышленные убийства, совершенные при отягчающих обстоятельствах. Опрошенные в ходе следствия лица, указанные в протоколе судебного заседания, в частности, адвокат и прокурор, показали, что в таком заседании участия не принимали. Затем судья Хохлова самостоятельно подписала кассационное представление о пересмотре приговора Мосгорсуда в отношении осужденного Рыбина, сократив ему срок отбытия наказания на 2,5 года, поставила на него печать суда и отправила для исполнения в ИК-3 города Владимир».

Данное кассационное рассмотрение было отменено в феврале 2012 года как неправосудное.

На нетрудовые доходы Хохлова приобрела Ford Focus. А чтобы легализовать взятку, она оформила договор займа, якобы взяла всю сумму у матери.

В июле 2011 года Забалуева и Хохлова решили еще заработать: Рыбин попросил помочь своему товарищу по колонии, осужденному за убийство, сократить срок. Решили действовать по уже отработанной схеме.

Но в это время во Владимирском суде сменился председатель — старый ушел на повышение, а с новым у Хохловой были несколько натянутые отношения. Одновременно подходил к концу срок ее полномочий. Чтобы не рисковать, Хохлова решила уволиться «в статусе», имея в виду, что через некоторое время восстановится в другом суде. Заявление она написала «по семейным обстоятельствам» с 4 августа, но посодействовать в сокращении срока согласилась. Стоимость услуги возросла: Хохлова объявила 600 тысяч, из которых половину надо заплатить до начала процедуры, а вторую — в обмен на решение. Мустафина и Забалуева, посоветовавшись, решили потребовать у родственников 800 тысяч — имея в виду по 100 тысяч себе за посредничество. Завертелась карусель, о которой стало известно сотрудникам ФСБ.

Именно при передаче денег за эту махинацию адвокат Забалуева и была задержана.

О том, что Забалуева задержана с поличным, Мустафина узнала в тот же вечер, 31 августа. А утром 1 сентября встретилась с адвокатом, которого следствие привлекло для защиты Забалуевой, и тот дал ей копию явки с повинной. Мустафина увидела свою фамилию и фамилию Хохловой и предупредила судью. Та начала активно уничтожать улики.

— Хохлова стала совершать одну ошибку за другой, — рассказывает Дмитрий Ефремов из Владимирского управления СКР. — Первое, что она сделала, — позвонила своему бывшему секретарю и попросила удалить сведения из ГАС (государственной автоматизированной системы) «Правосудие», не понимая, что тем самым создает против себя доказательную базу. Секретарь обратилась за помощью к специальному человеку, отвечающему в суде за бесперебойную работу ГАС — и тот ей объяснил, что удалить из системы ничего нельзя. Тогда они просто меняют фамилию «Рыбин» на другую, а в это время Хохлова сжигает на балконе несколько уголовных дел, которые забрала из своего сейфа в суде. Но, к несчастью, в XXI веке приговоры не горят: все сведения сохранились в канцелярии суда, в архиве, и везде стоит подпись судьи Хохловой. Эти данные и легли в фундамент доказательной базы.